Интервью

Егор Кончаловский и Любовь Толкалина: "После расставания отношения не заканчиваются"

Егор Кончаловский и Любовь Толкалина в январе 2017-го сообщили о том, что они перестали быть парой. Спустя 2 месяца они впервые решили рассказать о том, что изменилось и что осталось неизменным после их совместного решения о расставании, принятого, как оказалось, еще 7 лет назад. Представляем интервью Любови и Егора HELLO!.

Не так давно стало известно, что вы расстаетесь...

Мы всех обманули! Мы не расстаемся! Мы расстались семь с лишним лет назад. Вот так! И все это время никто ничего не знал. Я никому не говорила, как и почему это произошло. Первое время было очень тяжело и я ловила себя на мысли, что просто не в состоянии кому-то об этом рассказать. Это похоронено во мне.

И сейчас тоже не можете?

Нет, не могу, не имею права. То, что происходит между двумя людьми, ни при каких обстоятельствах не должно выноситься на публику. Наши СМИ оказались такие олухи! И это еще раз доказывает: если люди хотят скрыть свою личную жизнь, они ее скроют.

Да, личная жизнь — как зубная щетка, пользоваться ею можешь только ты сам. Человек имеет право говорить о ней ровно тогда, когда он хочет. Меня поражают вопросы: "А почему вы сразу не сказали?" Да пошли вы в задницу! Почему я вообще что-то должен объяснять?

Тем не менее это интервью вы решили дать вместе. Почему?

Потому что мы как были вместе, так и остаемся, только в другом статусе. Перестав быть семьей, мы остались друзьями, продолжаем общаться, у нас растет дочка Маша. Это интервью о том, что отношения после разрыва не заканчиваются. Для меня жизнь совершенно немыслима без Егора — я не перестаю его любить, хотя несколько иначе.

Егор, а вы что скажете?

У всего на свете есть начало и конец. В данном случае конец давно уже настал. Слава богу, все закончилось хорошо. Но, действительно, существует "жизнь после", и эту жизнь проще вести, когда ты расставил все точки над "и" — чтобы каждый мог заниматься чем хочет и с кем хочет. Мы с Любой решили, что наступил момент, когда надо обо всем рассказать. Нас столько раз разводили в прессе, с таким количеством нелепых домыслов — хотелось бы, чтобы на этот раз все было четко, ясно и без сплетен. Считайте это нашим совместным заявлением. Мы расстались, ну что ж поделать. На мой взгляд, это гораздо лучше, чем влачить какие-то узы. Может, у меня это от папы, он раз шесть или семь был женат, все разваливалось, жены становились все младше, потом они стали уже младше меня... Поэтому я на институт брака смотрю достаточно скептически.

А вы, Люба, как на него смотрите?

Когда мы познакомились, мне было 17 лет, из теплого лона семьи я сразу попала в теплые руки Егора. У меня совсем не было опыта любовных отношений. К нашему роману я относилась совершенно легкомысленно, потому что Егор не приглашал меня замуж, не вставал на колено и не представлял меня своим родственникам в качестве невесты. Моя мама говорила: "Смотри, Люба, он испортит тебе жизнь…" Хотя я считаю, что у Бога не бывает мезальянсов. Думаю, ничуть не меньше волновалась и мама Егора, потому что я была ему совсем не ровня.

толкалина кончаловский

Егор, ваша мама правда волновалась?

Не знаю, я уже взрослый парень был — 30 лет. И подобные вопросы решал самостоятельно.

И все-таки в первый раз, когда мы увиделись с мамой Егора, я не прошла тест. И вообще — я так и не сумела пройти его до конца. При всем нашем активном движении друг навстречу другу контакта мы так и не нашли. И для меня это всегда было очень болезненно. Я понимала, что никогда не буду частью этой большой семьи, что бы я ни делала. Своей я никогда там себя не чувствовала. Это подогревалось еще и тем, что Егор не предпринимал никаких попыток ввести меня в свою семью. Единственный, с кем у меня был прекрасный контакт, — Сергей Владимирович Михалков, который звонил и спрашивал: "К-как дела? Ч-что делаешь?" Я говорила: "Глобально — репетирую Дездемону, а сейчас варю борщ". Мне было очень приятно, что он обращает на меня внимание. Но где-то на подсознательном уровне я понимала — раз со стороны Егора не следует каких-то общепринятых шагов, значит, у нас все несерьезно…

Но раньше вы говорили, что он несколько раз звал вас замуж.

Егор? Ну как вам сказать... Не помню, чтобы была какая-то серьезность и романтика момента.

Егор, с вашей стороны было предложение руки и сердца?

Ну, видимо, я так его делал… неочевидно.

Я знала, например, что однажды Егор сбежал из-под венца. Более того, я в прекрасных отношениях с той девушкой, как и с другими девушками Егора. У него их было много, у него солидный опыт расставаний. У меня такое расставание одно. Передо мной пример моих родителей, которые жили очень непросто, но остаются вместе до сих пор. Мама стоически переносила все невзгоды, она была прямо ласточкой — все время склеивала гнездо. Я смотрела на нее и думала: так терпеть, как она, точно не смогу. Во мне нет столько любви и силы. Сейчас смотрю на своих родителей и понимаю, что я наконец-то дожила до их счастья. Оно их накрыло. Любовь, ведь она проходит. Эта вспышка, драйв, эти бабочки в животе — все очень быстро исчезает. Дальше начинается забота, уважение, дружба и диалог. И дружба в семье важнее, чем любовь.

толкалина кончаловский интервью

Что же вас разъединило в свое время?

У каждого началась своя жизнь. Меня привлекало одно, Любу — совсем другое. Мы почти не пересекались. У нас не так много совместных интересов.

Егор великолепно образован. У него еще и кровь, и воспитание, и опыт. Я же была простая как хлебушек, как чистый лист бумаги. Я все детство занималась синхронным плаванием и лучше всего на свете умела работать руками и ногами. И все быстро успевать. Неспроста наши мамы так волновались, что мы не подходим друг другу. Я прекрасно понимала, что я Егору не пара — хотя бы потому, что не могу поддержать диалог на французском о букете поданного вина и ничего не смыслю в Рембрандте и Дюрере. Я могу только быть красивой и улыбаться. Я крестьянин, мне нужно вспахивать землю. А также воздух, воду и другие поверхности. Егор меня привлек тем, что он гениальный рассказчик, с потрясающим чувством юмора, с огромным багажом знаний. Он был в моих глазах носителем нравственности, информации, мировой культуры. Все это меня манило как магнит. Я пропала! Потому что во мне жила жажда знаний. А Егору я, наверное, своей "крестьянственностью" и нравилась. Простая девочка — вместо тела одно большое ухо.

Нет, неправда. Мне показалось, что ты действительно хорошая актриса, мне очень нравилась твоя искренность и непосредственность. Ничего про крестьянство я не думал... Знаете, я и сейчас немножко побаиваюсь за Любу, потому что легкомысленность в ней присутствует. Иногда не пристегивается, когда ездит, например. Это показательно. Но живет же почти восемь лет без меня, значит, получается.

Люба, вы легко научились жить без Егора?

Сейчас постараюсь объяснить. Когда-то я тоже думала, что мне не нужен никакой штамп в паспорте, мы везде говорили, что отлично живем гражданским браком... И все-таки я хочу рассказать, что происходит, когда женщина играет в игру "я не хочу замуж". Я на себе это проверила и поняла, что это недееспособная теория. Ты можешь, конечно, в нее поиграть, но подспудно ты понимаешь, что не защищена абсолютно! Какая-то задняя левая нога у тебя постоянно "на холоде". Ты все время как молодая рысь. Ты думаешь: "А что бы нам еще сделать, чтобы себя хоть немножко обезопасить?" Потому что, когда женщина рождает ребенка, она уже не одна. Мужчина может уйти, вернуться. Но дети — это женская ответственность. Поэтому я всегда работала, зачастую занимаясь тем, что мне неинтересно. Много времени провела на съемочных площадках, просто чтобы заработать денег. Меня вечно не было дома, и мое отсутствие сыграло очень большую роль в том, что мы расстались. Немало было слез пролито на съемках, потому что иногда ассистенту режиссера приходилось сидеть с Машей. Да, была такая история во время работы на се­риале "Талисман любви" — полгода я пропадала там сутками. Зато потом купила крохотную, совершенно непрезентабельную, но все-таки свою квартиру в Москве. Я своими руками подняла эту сумму! В детстве, когда я жила в хрущевке с родителями, у меня не было даже собственной комнаты и я больше всего на свете хотела, чтобы она у меня была. Знала, что мне обязательно надо иметь что-то про запас.

Это я тебя научил!

Ты научил меня очень многому. Научил обращаться с деньгами — плохо пока я это делаю, но тем не менее. Научил водить машину, записывать дела, составлять списки. Егор взялся за мое образование, я занималась английским языком с его бывшей учительницей. Мужчина — он выводит женщину из толпы. Егор показал меня кинематографической общественности, и дальше как-то пошло. Оказалось, что я не совсем бесталанна. А вдобавок трудоспособна и вынослива.

Ваше недавнее признание в "Фейсбуке" звучало так: "Только окончательно расставшись с мужем, я научилась с ним дружить…" Получается, вы не сразу расстались окончательно?

Нет. У меня все было окончательно.

Вначале было очень тяжело, потому что я чувствовала себя виноватой в нашем расставании. Мне пришлось проделать колоссальную душевную работу, чтобы открыть новые двери во взаимоотношениях с Егором. Я прошла через множество всяких практик в работе над собой: занялась дыхательной гимнастикой, ездила в йога-туры, увлеклась психологией. У меня даже есть татуировка — фраза "Просто дыши". Сначала я пошла в храм, но там мне сказали: "Ты грешна, терпи, молись и мучайся". А йога говорит: "Так, успокойся. Больно? Очень больно? Ты можешь вдохнуть? А еще чуть поглубже? Теперь больно? Уже не так? Тогда дышим дальше". Я продышала этот момент. И пришла к тому, что единственное, что имеет ценность, это человеческие отношения. И я решила их сохранить во что бы то ни стало. Как только мы расстались, я поплакала и… поступила в институт. И тут выяснилось, что моя жажда знаний утоляется не только с помощью любимого человека, но и с помощью лекций, где тебе расскажут и про Древнюю Грецию, и про Византию, и про семиотику и философию.

Егор, а вы болезненно переживали разрыв?

Естественно, к близкому человеку привыкаешь. И, расставшись, скучаешь по запахам, по прикосновениям. Но когда я принимаю решение, я всегда принимаю его окончательно. Даже если оно ошибочное. Решение было принято. Надо расставаться, и всё. Конечно, Любе пришлось труднее, потому что она была еще совсем маленькая, когда мы начали жить вместе. А я был уже взрослый мужик с большим жизненным опытом, достаточно изощренным, разнообразным и временами тяжелым. Поэтому я не рефлексировал, я смотрел вперед. Другой вопрос, что у меня не появилось девушки сразу после расставания, это не произошло моментально. Не было желания расстаться из-за каких-то новых отношений.

толкалина интервью хэлло

Почему вы почти восемь лет предпочитали маскироваться, для публики оставаясь парой в совместных интервью?

Во-первых, если проанализировать наши интервью, видно, что в них не сказано ничего противоречащего действительности. Мы не лгали. Мы дозировали информацию. Во-вторых, все-таки у нас растет дочка, мы не хотели, чтобы грязный желтый поток обрушился на нее. Когда мы разошлись, Маша была еще слишком маленькая. Сейчас она уже привыкла к тому, что мы живем отдельно, и вся эта шумиха в прессе, на мой взгляд, принесет ей меньше неприятностей.

А Маша сразу узнала о том, что вы расстались? Как она к этому отнеслась?

Честно говоря, мы никогда спокойно не жили. Все время как на вулкане. И Маша в детстве была свидетелем очень интересных сцен... Она понимала, что между нами все непросто. Но я считаю, что ребенок должен видеть, что мама и папа друг к другу относятся с уважением. И мы сделали всё, чтобы наше расставание не нанесло ей травму.

Дочь мы всегда воспитывали вместе, она жила то с Любой, то со мной. К сожалению, со мной не так часто, потому что Маша очень занята в Москве, а я живу за городом.

Прежде чем делать это заявление, в первую очередь я думала о Маше. Она и я — это одно целое. И потом… мне было неловко, что я не справилась. Ведь семья — это всегда заслуга женщины. Это иерархия, где мужчине позволено то, что женщине не позволено никогда. Это ей нужно родить детей. А ему нужно что? Созидать, созерцать, искать себя, покорять новые горизонты. Как писала Анна Ахматова: "Он любил три вещи на свете: / За вечерней пенье, белых павлинов / И стертые карты Америки. / Не любил, когда плачут дети, / Не любил чая с малиной / И женской истерики. / …А я была его женой". Так или иначе, женщина всегда боится расставания сильнее, чем мужчина. "Что же я буду делать одна, я же никому не нужна! — думает она. — Я умру от голода, и потомство мое умрет. Лучше терпеть, хвататься за последние обрывки, страдая жить, любить другого, мечтать отдельно?" Считается, что надо держаться за своего мужчину, особенно за такого! Но теперь я понимаю, что Золушка нужна Принцу больше, чем Принц Золушке.

Есть мнение, что у кого-то из вас оформились новые отношения и это стало причиной "каминг-аута".

Они, конечно, оформились. И у меня, и у Егора, чего уж скрывать. Но мы опять же имеем право не рассказывать об этом в подробностях.

Вы много знаете о нынешней жизни друг друга?

Мы четко соблюдаем взаимные границы. Я ни в коем случае не отслеживаю передвижения Егора и его личную жизнь. Надеюсь, Егор тоже этого не делает.

За тобой не уследишь! Нет, я не знаю, где Люба находится, если она в отъезде. Как она живет, каковы ее интересы, приключения — тоже слабо представляю. Эти вещи меня не очень интересуют, если честно. Мы живем совершенно отдельной жизнью, но у нас есть Маша, да и квартиры у нас рядом. Раньше это была одна большая квартира, мы ее разделили. И в одной живет Люба с Машей, в другой скоро закончится ремонт, и я буду оставаться там с Машей, когда Люба уезжает.

Я знаю одно: если на моем пути появится какой-то продюсер-обманщик или что-то будет угрожать моему благополучию, то первым делом я кинусь звонить Егору. Он лучше всех способен навести порядок.

кончаловский интервью хэлло

Егор, давно ничего не слышно о том, чем вы занимаетесь.

Я спродюсировал сериал "Муж с доставкой на дом", который сделала моя сестра Катя Двигубская. У меня подписан договор на огромный фильм о чемпионате мира по футболу, хотя я не очень верю в этот проект. Мне он интересен, но я сомневаюсь, что его можно достойно профинансировать. Да и чемпионат уже близко, сроки слишком сжатые. Боюсь, что всё начнут делать на скорую руку, и тогда мне придется отказаться. У меня, к счастью, нет необходимости зарабатывать деньги. Я могу в принципе не работать. Нет, я очень хочу работать, но могу позволить себе выбирать. Например, я в свое время отказался от "Есенина" на Первом канале, посчитав, что полтора месяца подготовки — это слишком мало.

Раньше вы все время снимали Любу в своих картинах. Допускаете ли вы, что и в дальнейшем будете работать вместе?

Почему бы и нет? На самом деле, единственный мой проект, в котором Люба не принимала участия, так и не вышел. "Баку, я люблю тебя" — замечательное кино, такой артхаус с западными звездами, западными режиссерами. Но у азербайджанских продюсеров нет денег, чтобы дублировать его на русский язык. Я уже близок к мысли самому заплатить за дубляж… Я в какой-то момент очень увлекся восточной экзотикой. Одна из моих картин ездила на "Оскар" от Казахстана, это "Возвращение в А" — мой лучший фильм. Но в России его никто не видел, его не было в прокате. Как и двух более поздних моих картин. В нашем прокате азиатские лица на экране — заведомо история неуспеха. Поэтому мало кто знает, чем я занимался последнее время. Но сейчас, мне кажется, пора возвращаться в Россию.

А Маша пользуется вашей финансовой поддержкой?

Пользуется, конечно. Хотя, по-моему, эти деньги уходят на содержание какого-то театрального пространства. (Смеется.) Вообще, на самом деле, отдельно жить стало дешевле.

Да, Егор подарил мне театр — это и культурная площадка, и центр психологической поддержки населения. Я теперь продюсер. Учусь считать деньги, собирать команду, продвигать проекты. Вдобавок у меня очень много гастролей, благодаря им я посмотрела всю Россию — разве что северного сияния еще не видела. За прошедший год я снялась в четырех сериалах. Сейчас есть предложение опять поступить на службу в театр, я над ним всерьез задумалась. Плюс в планах проект телеканала СТС. И продолжение "Теста на беременность", в котором, надеюсь, я буду участвовать. Раньше в принятии решений мне всегда нужно было руководствоваться мнением Егора. Сейчас я абсолютно свободна в выборе. Сама решаю, сколько мне нужно заработать, сколько времени уделить личной жизни и где провести каникулы — в Японии, в Англии или на Гоа. На мне и дом, и Машино образование, и определение основных векторов в ее жизни: куда она будет поступать, например. Честно говоря, я хочу поскорее стать бабушкой. Прямо мечтаю! Чувствую, что я к этому готова.

Текст Екатерина Прянник/HELLO!
Фото Наталья Харитонова
Теги Звездное расставание Любовь Толкалина Егор Кончаловский
Поделиться