Эдвард Нортон о фильме, который снимал 20 лет, дедушке-градостроителе и любимом городе Нью-Йорке

Эдвард Нортон о фильме, который снимал 20 лет, дедушке-градостроителе и любимом городе Нью-Йорке

Актер пересел в режиссерское кресло и потратил 20 лет на создание истории о любимом городе. О неуловимом Нью-Йорке, дедушке-градостроителе и близости сумасшествия - от первого лица.

Текст: Вероника Чугункина/HELLO! / Фото: Getty Images, архивы пресс-служб

Кажется, что он навсегда останется в памяти киноманов офисным клерком, который связал свою жизнь с дерзким бунтарем Тайлером Дерденом из культовой картины "Бойцовский клуб". Но внутренний мир Эдварда Нортона далек от образов этого фильма Дэвида Финчера, а сам он - скорее интеллектуал и философ, чем деятельный подрывник или менеджер среднего звена. Это видно и по режиссерским опытам актера, неторопливым и вдумчивым. В своей первой картине, "Сохраняя веру" (2000 год), он исследовал вопросы религии и любви. Для второго же фильма избрал жанр детектива - в его "Сиротском Бруклине" (в российском прокате - с 5 декабря) главный герой, сыщик Лайонел, расследует убийство своего друга и наставника, прогуливаясь по подворотням Гарлема 50-х годов. В поисках правды он встретит немало интересных, а порой и опасных людей, но важнее их всех будет другой персонаж"  Нью-Йорк, столь милый сердцу режиссера, сценариста, а также продюсера и исполнителя главной роли Эдварда Нортона.

Эдвард, "Сиротский Бруклин" - не просто ваш сценарий, но и экранизация одноименной книги популярного в Америке писателя Джонатана Литэма. Как она попалась вам на глаза?

Это очень долгая история, вы точно готовы ее услышать? (Смеется.) Итак, все началось в начале 90-х, когда я, узнав о выходе рукописи Литэма, прочел ее еще в гранках и просто влюбился в его слог. А еще был настолько очарован главным героем Лайонелом Эссрогом и букетом его странностей (у него был и синдром Туретта, и обсессивно-компульсивное расстройство), что выкупил права на экранизацию книги еще до ее выхода в печать и до всех наград и признания Джонатана. Потом переместил персонажей из современности в 50-е (я просто одержим этим временем!), убедил Джонатана в своей точке зрения и приступил к долгому процессу написания сценария. Есть один поэт, который считает, что период созревания произведения играет ключевую роль при его создании. И что 10 лет - ничто, если ты делаешь что-то действительно стоящее. Именно это я чувствовал по отношению к "Сиротскому Бруклину" и в итоге потратил на него 20 лет. О чем ничуть не жалею.Во время съемок Эдварда поддерживала супруга, Шона Робертсон, которая также работает в кино - продюсером

Почему для вас так важны 50-е?

Я переехал в Нью-Йорк сразу после колледжа и живу в этом городе почти 30 лет. Чем дольше я здесь нахожусь, тем больше ­узнаю историй Большого яблока. Особенно меня завораживают биографии реальных героев, живших здесь в первой половине XX века: мэра Нью-Йорка Фьорелло Ла Гуардиа (при жизни политик хотел легализовать употребление марихуаны, а также противостоял местной мафии. - Ред.), бизнесмена Нельсона Рокфеллера, губернатора Эла Смита… Они жили в те времена, когда Америка была полной противоположностью той демократической свободной державе, которой ее все привыкли считать. И во многом благодаря им страна начала менять свой облик. Мне интересно было показать эти метаморфозы, уходящий в прошлое Нью-Йорк, запустив на его улицы своего странного детектива.

Насколько я понимаю, летопись городских ландшафтов связана с историей вашей семьи?

Так и есть: мой дедушка, Джеймс Руc, - филантроп, философ и известный застройщик, который отвечал за строительство города Колумбия в штате Мэриленд, бостонского рынка Куинси… Он хотел, чтобы его дело помогало обществу развиваться, и даже основал в 1982 году некоммер­ческую организацию The Enterprise Foundation, позволяющую малоимущим получать доступное жилье. Я вырос в созданной им Колумбии, изучал историю в Йельском университете, после выпуска несколько лет работал в офисах основанной дедушкой организации, а c 1998 года являюсь ее попечителем. В моей картине я тоже отдал дань памяти деду - правда, весьма своеобразно. Все идеалы Джеймса Руcа, всю его эмпатию и мечты я вывернул наизнанку и создал "Темного Лорда" от мира Нью-Йорка,  эдакий негативный отпечаток с образа моего родственника. И взял на его роль Алека Болдуина. 

Это явно очень личное для вас кино.

А детектив Лайонел - очень близкий мне персонаж. Если честно, я всегда был уверен, что, будь парочка нейронов в моем мозгу заряжена на другие цели, я бы стал таким же сумасшедшим, как этот парень. (Улыбается.) Люди часто спрашивают, насколько мне близки мои герои, и сейчас я, наверное, впервые могу сказать, что сходство между мной и мужчиной на экране действительно существует. Кстати, я вообще не считаю эти расстройства сумасшествием. Синдром Туретта, к примеру, - удивительная вещь. Он никогда не проявляется у всех одинаково: у кого-то это тик, у кого-то - неожиданные восклицания, иногда вы можете его не заметить вовсе. Я смотрел документальные фильмы про таких людей, сам общался с ними и понимал, что волен отойти от сценария, изобразить свое видение такого состояния. Некоторые из героев с этим синдромом даже умудряются совмещать свою особенность с любимым делом - например, многим музыкантам исполнение песен помогает успокоиться. А известный американский баскетболист Махмуд Абдул-Рауф даже сделал тик своей техникой, представляете? Ему постоянно хотелось постучать другого человека по плечу - и теперь он так выводит из равновесия противников на поле. Эту черту я добавил и своему Лайонелу - он тоже постоянно нуждается в прикосновениях.

Расскажите напоследок, каково вам было одновременно играть, режиссировать, писать диалоги и отвечать за финансы вашего кино.

Скажу так: в следующем своем фильме я предпочел бы сам не появляться. (Смеется.) Все-таки это слишком сложно. Но это не запредельный уровень многозадачности - смогли же осуществить подобное ­Орсон Уэллс, Роберт Редфорд, Клинт Иствуд и Шон Пенн. Но все же это очень мешает.В "Сиротском Бруклине" Эдвард Нортон сыграл главного героя, сыщика Лайонела Эссрога, а также стал режиссером, сценаристом и продюсером проекта

И все-таки Лайонела вы играете сами…

Просто иногда ты настолько срастаешься с проектом, который создавал с первой буквы сценария, что лучше других понимаешь, каким нужно сделать героя. Кевин Костнер в "Танцующем с волками", Клинт Иствуд в "Непрощенном" - разве можно представить себе других актеров в этих режиссерских проектах? Эти фильмы стали частью их ДНК - у них просто не было выбора, кроме как сняться в этом кино. Вот и у меня не было выбора. Главное в таком деле - хорошо подготовиться, даже переподготовиться, иначе сойдешь с ума. А еще - собрать себе хорошую команду из продюсеров (жена Эдварда, Шона Робертсон, как раз выступила одним из продюсеров картины. - Ред.), актеров, костюмеров, оператора… А еще композитора: когда Том Йорк (солист Radiohead. - Ред.), который написал песню к нашему фильму, прислал мне композицию, я просто расплакался. Лежал на кровати в 6 утра, слушал песню, которую создали специально для моего фильма, и понимал, что я счастлив.